Индия: возвращение фокуса на себя

Первая когорта год назад изучала Сингапур, второй выпала возможность исследовать Индию. На первый взгляд, это две разные вселенные, однако обе страны исторически относятся к Глобальному Югу. Связи между ними настолько плотные, что западный бизнес нередко выходит в Индию через Сингапур, который называют воротами в Азию.

Индия открыла и другие ворота — к себе. Индийский модуль получился ярким, контрастным и очень человечным. В нем оказалось много рефлексии и вопросов о том, кто мы и какими хотим стать. Индия стала катализатором внутренних процессов и для группы, и для авторов этих заметок.

Этнографическое погружение

Взрослые люди учатся тогда, когда перед ними стоит задача и когда в процессе обучения приходится искать новое решение. Знакомство с новой страной на программе обычно начинается с вводной лекции. Но Индию трудно понять дистанционно, поэтому в нулевой день модуля для участников было организовано этнографическое исследование. Вместе с партнерами из Vmeste.pro был составлен маршрут и перечень заданий в локациях, далеких от туристических маршрутов.

В этом маршруте были тенистый парк на берегу реки, крематорий и один из крупнейших сикхских храмов. Сам выбор может показаться неожиданным, особенно если речь идет о группе состоявшихся управленцев. Однако именно крематорий в индийском контексте оказывается не только местом прощания, но и точкой размышления о переходе, неизбежности и смысле. Для индуистской картины мира смерть не завершает жизнь окончательно, а потому вопрос о том, как именно проживается собственная жизнь, здесь звучит особенно остро.

Тема смерти не кажется очевидной для бизнес-школы. И все же без нее трудно обойтись в программах, которые выходят за пределы собственно бизнес-повестки. Год назад, в Сингапуре, группа также обращалась к этой теме — через музей смерти. Но если там смерть была встроена в более широкий городской и регламентированный контекст, где важны правила, сроки и порядок, то в Индии она воспринимается как часть сакрального измерения жизни. Осознание конечности бытия делает разговор о выборе, роли и способе жить предельно конкретным.

Следующей точкой стал храм Лотоса в Нью-Дели — храм всех религий. Сюда приходит множество людей, и очередь на вход иногда растягивается на несколько часов. На вопрос, почему так важно попасть именно сюда, прозвучал ответ, который точно передает атмосферу места: «Мне хочется услышать свое дыхание и почувствовать, что оно не одно, а часть чего-то большего».

Одно из самых сильных впечатлений оставил сикхский храмовый комплекс Гурудвара Бангла Сахиб. 

Красиво и ярко одетые люди, много детей, непрерывное движение — и те, кто раздает еду, и те, кто ее получает, становятся частью общего пространства изобилия, доброты и участия. Когда детям пытались передать по две-три лепешки, вторую почти никто не брал — взглядом показывали на брата или сестру. Совместность была в центре этого действия.

Передача теплого хлеба из рук в руки, радость встречи и естественность стали одним из самых сильных эпизодов всего путешествия.

Индийский бизнес-подход

Бизнес-трек индийского модуля был посвящен двум большим темам: компаниям-амбидекстрам, которые одновременно двигаются в масштабирование и в оптимизацию расходов, а также бизнесам, активно использующим сторителлинг в маркетинге.

Наиболее ярко группе запомнились несколько кейсов.

• Narayana Health. Компания специализируется на кардиохирургии и была основана практикующим хирургом, для которого личной миссией стало сделать качественную медицину доступной для всех. Такая задача потребовала предельно жесткого контроля затрат. Сегодня сеть объединяет более 20 клиник по всей Индии, а ее хирурги ежедневно проводят до 30 сложных операций. Компания известна тем, что не отказывает даже самым бедным пациентам: ей удалось радикально снизить стоимость сложных вмешательств и при этом сохранить качество и обеспечить быстрое восстановление. Для сравнения: одна и та же операция в Narayana может стоить менее 2000 долларов, тогда как в США — около 100 000 долларов.
• Lemon Tree Hotels. Кейс отельной сети показал, как системно может быть выстроено трудоустройство людей с ментальными особенностями и инвалидностью. Впечатляет не только продуманная подготовка сотрудников под конкретные участки работы, но и принцип равной оплаты: на одной должности зарплата не зависит от дополнительных потребностей сотрудника. Система работает как отлаженный механизм. Это видно и на уровне клиентского опыта: сервис остается полноценным, внимательным и по-настоящему качественным. Инклюзивность здесь не выглядит отчетной формальностью — это реальная ценность, положенная в основу бизнеса.
• Jindal Steel. Кейс создания безбарьерной среды в одном из крупнейших сталелитейных бизнесов страны вырос из личной истории семьи владельца. Дочь, с детства передвигающаяся на инвалидной коляске, на собственном опыте столкнулась с ограничениями и впоследствии возглавила инициативу по расширению возможностей для людей с инвалидностью. Важнее всего то, что эта инициатива была переведена в системный контур — с бизнес-логикой, инфраструктурой и большим сообществом.
• PeeSafe. Компания родилась из стремления сделать жизнь женщин в Индии более безопасной и гигиеничной в условиях антисанитарии общественных туалетов. Однако почти сразу возникла другая проблема: как рассказывать о продукте в обществе, где подобные темы публично почти не обсуждаются. Решением стал личный подход: основатели открыто рассказали о собственном опыте борьбы с инфекциями мочевыводящих путей, о том, как появилась идея антисептика-спрея для унитазов, и постепенно стали пионерами в сфере общественной гигиены.
  

Логика хаоса

Индия — не та страна, в которую стоит приезжать со своими мерками и сразу пытаться разложить увиденное по привычным категориям. Аутентичность людей и ментальных установок быстро выбивает из колеи. Цвета, запахи, звуки происходящего требуют полной включенности в момент. Здесь трудно опираться на привычные сценарии: слишком многое происходит одновременно, слишком велики контрасты.

Сначала этот хаос пугает и кажется не поддающимся пониманию. Затем взгляд постепенно перенастраивается. Уличный шум, непрерывные сигналы машин и кажущаяся беспорядочность движения перестают восприниматься как постоянная угроза. Возникает другое понимание: у хаоса есть собственная логика, собственная система и своя форма организации.

Одним из самых сильных откровений стали трущобы Дхарави в Мумбае, где живет около миллиона человек. Первое впечатление — груды мусора и сильный эмоциональный удар. Но затем проступает порядок. По сути, перед глазами оказывается большое кластерное производство: здесь выделывают кожу, перерабатывают пластик, плетут корзины, занимаются гончарным делом, работают рынки и салоны красоты. Дхарави — это город в городе.

Показательным стал и небольшой эпизод, который напомнил о положении гостя. Из-за резкого запаха при выделке кожи возникло желание прикрыть лицо шарфом, но гид сразу дал понять, что такой жест недопустим. В нем легко считывается дистанция и превосходство: будто чужой воздух не заслуживает того, чтобы им дышать наравне с другими.

Второе сильное впечатление после Дхарави — мусор. Он почти везде: на обочинах дорог, на берегах рек, в воде, рядом с заборами богатых вилл. Его почти нет только в храмах и дорогих отелях. Внутри зданий — абсолютная чистота. Сначала это раздражает и разочаровывает, а затем запускает другую оптику: фокус внимания здесь часто обращен внутрь — на себя, дом, храм. И тогда возникает встречный вопрос: куда направлен фокус у нас?

Смирение или борьба?

Наблюдение за индийцами из низших каст неизбежно подводило к сравнению с западным взглядом на успех, усилие и жизненную стратегию. Казалось важным понять, что именно так заметно отличает людей западной культуры — относительно успешных, материально обеспеченных, привыкших улучшать, ускорять и менять, — от индийцев, которые при очень скромных доходах нередко выглядят спокойными и даже счастливыми. Даже уборщик, сметавший листья во дворе отеля, делал свою работу с заметным спокойствием и удовольствием.

Возможно, один из ответов заключается в отказе от постоянной борьбы с судьбой. Эти люди просто делают свое дело и живут свою жизнь — без ежедневной необходимости что-то доказывать миру и бесконечно производить лучшую версию себя. Такое отношение может быть связано и с кастовой системой, и с перенаселением, и с дефицитом рабочих мест, и с ограниченностью социальных лифтов.

Внутренние и внешние причины можно анализировать долго, но однозначного ответа здесь нет. Что дает больше полноты жизни: принятие мира и своего места в нем или свобода воли, действия и попытка изменить судьбу собственным усилием? Участники Глобальной управленческой программы | GAMP — люди сильной воли, уже много сделавшие для того, чтобы изменить и себя, и мир. Именно поэтому индийский опыт так остро запускает рефлексию о цене усилия, о границах контроля и о том, что на самом деле дает ощущение живой, полной жизни. Вспоминается мысль Маршалла Голдсмита: «То, что помогло вам прийти сюда, не поможет вам прийти туда». Инструменты, которые привели человека к текущему результату, не обязательно работают на следующем уровне.

После Индии часть участников говорила о стремлении ослабить контроль. Для управленца это почти всегда один из самых сложных вопросов — на стыке профессии и личного самоопределения. У каждого свой путь, свое представление о том, как должен быть устроен бизнес и как строятся отношения между людьми. Поэтому тема контроля, а особенно его отсутствия, может быть болезненной. Будет ли бизнес так же эффективен без контроля? И что происходит, если ослабить контроль над собой?

Индия позволяет посмотреть на жизнь как на живой процесс, в котором не все поддается прогнозу и не все сводится к движению от одного результата к другому. Когда ослабевает привычка все удерживать под контролем, появляется пространство, в котором можно просто быть, а не только достигать. И тогда возникает новый интерес: что приходит на смену постоянному напряжению? В самом этом вопросе уже много энергии.

Как написала одна из участниц: «Мне было удивительно, что не хотелось в этот раз ничего исправлять, никого спасать, ничего улучшать и даже не хотелось участвовать в дискуссиях о том, нужно ли сделать “по-другому” и кому что понравилось или не понравилось».

Вместо итогов

Индия контрастна, здесь много нищеты, но также много радости и надежды. На протяжении всего модуля проявлялась одна и та же дихотомия: самые бедные слои населения спокойно принимают свою судьбу, а бизнес-элита страны много говорит об ответственности, о развитии общества как системы, о том, что можно сделать для других. В этом — одна из возможных формул осмысленной жизни: принятие, если изменить ничего нельзя, и ответственность, если для изменений есть ресурсы.

Индия предстала живой, сложной, яркой страной, в которой чувствуется энергия будущего. Едва ли она станет копией западного мира — слишком самостоятельна ее внутренняя логика. Главное ощущение от страны связано не с завершенностью, а с движением: здесь многое еще впереди.