24 мая 2021
Подкаст

Анастасия Расторгуева: «У предпринимателей юристы на последнем месте»

Анастасия Расторгуева, адвокат, кандидат юридических наук, выпускница СКОЛКОВО MBA, рассказывает, в какой момент и зачем пора обращаться к юристу, если вы предприниматель, как делить интеллектуальную собственность и почему брачный договор и завещание ― наши друзья.

Марина: Добрый день. Вы слушаете подкаст бизнес-школы СКОЛКОВО. Меня зовут Марина Смирнова. В нашем подкасте мы беседуем с самыми разными гостями: с предпринимателями, менеджерами, экспертами на самые разные темы; в том числе с нашими выпускниками. О чем мы разговариваем? Мы разговариваем о бизнесе, образовании и о Lifelong learning. Сегодня у нас в гостях Анастасия Расторгуева. Анастасия — адвокат, медиатор-конфликтолог, переговорщик, кандидат юридических наук, преподаватель и автор двух книг. В этом году Анастасия закончила работать в коллегии адвокатов города Москвы «Барщевский и партнеры» и основала свою юридическую фирму. Здравствуйте, Анастасия.

Анастасия: Здравствуйте, очень приятно такое представление, прямо здорово!

Марина: Первый вопрос будет очень простой: почему вы решили стать юристом?

Анастасия: Прямо-таки юристом стать я, наверное, не решала. Если говорить о том, кем мы хотели быть в детстве, то в детстве я вообще всем заявляла, что хочу быть президентом. Потом я слушала разговоры взрослых о том, как у нас все несовершенно устроено, законы такие нехорошие и всех ущемляют. Я хотела дать стране хорошие законы, поэтому, наверное, оказалась на юридическом факультете.

Марина: То есть, вы просто за справедливость?

Анастасия: Да, я за справедливость.

Марина: Сейчас вы уже работаете в университете как преподаватель. Что изменилось с тех пор, когда вы были студенткой, по сравнению с тем, как сейчас учатся студенты и как их учат?

Анастасия: Если сравнивать, то сейчас студенты действительно редко открывают учебники и читают материал, даже не столько учебники, сколько научные труды. Я даже не знаю, кто из них открывает и открывает ли вообще. Потому что очень просто забить в Гугле, что тебе нужно, и он выдаст миллион пятьсот страничек с информацией — еще и сжатым текстом. Сейчас все очень доступно, что, конечно, порождает поверхностность. Нет той глубины изучения вопроса, которая могла бы быть. Зато есть большая информированность во всем, но не такая глубокая.

Марина: Вам бы хотелось, чтобы было, как раньше, чтобы нужно было больше читать? Хочется понять, как влияет эта история на качество образования?

Анастасия: Во-первых, как раньше, мне бы в принципе не хотелось, то есть я за движение вперед. Здорово, что есть возможность получать информацию отовсюду и необязательно за этим идти в Ленинку. Когда я вижу, например, своих студентов, я смотрю и думаю: вот большая часть из вас, вы зачем пришли? Раньше, может быть, еще было престижно, что у тебя есть высшее образование — ты куда-то можешь устроиться. И высшее образование во времена моих родителей или тех, кто постарше меня, было еще знаком отличия. Сейчас высшее образование больше не является знаком отличия. Я искренне удивляюсь, зачем люди тратят сколько лет — четыре либо шесть — если они не видят себя дальше в профессии и если теперь, чтобы жить и зарабатывать, это необязательно. Для того чтобы зарабатывать, тебе вообще необязательно иметь этот диплом. Сейчас куча возможностей, связанных с программированием, искусственный интеллект, блогеры, еще кто-то. Можно зарабатывать разными путями, и институт — не обязательная для этого ступенька. Поэтому мне бы хотелось, наверное, больше осознанности. Чтобы людям, которые идут в институт, действительно зачем-то он был нужен.

Марина: А почему вы решили начать преподавать? И что это вам дает?

Анастасия: Я поступила в аспирантуру, чтобы написать диссертацию, защититься, стать кандидатом наук. У меня была работа по семейному праву, по разделу имущества супругов. И мне одна очень уважаемая ученая, которая смотрела работу, сказала: «Ну что ты взяла эту тему? Господи, она такая избитая уже! Уже все написали про нее, зачем она тебе нужна?». Я писала про раздел имущества разных видов, смотрела, как делить ООО, недвижимость, и чуть-чуть написала, как делить интеллектуальную собственность. Почему чуть-чуть? Потому что я нигде про это ничего не нашла. А это тоже актуально! И вот мне как раз эта профессор и сказала: «Хотя вот это очень интересно». И я начала писать исследование по тому, как делить интеллектуальную собственность.

Написала, защитила. У меня даже книжка теперь такая есть. И мне хотелось поделиться знаниями. Поскольку я начала разбираться в этой теме, мне казалось, что у нас мало кто ее понимает, мало уделяется этому времени в институтах. Я вспоминала свое обучение: у меня не было такого курса вообще, и мне хотелось как-то исправить ситуацию. В вузе были только рады встретить меня, потому что у них достаточно мало именно практиков. В основном у нас преподаватели — это те, кто только преподает. Тех, кто совмещает, немного, а, как правило, такие и интересны студентам, потому что они приходят с живыми кейсами.

Это позволяет систематизировать мои знания, потому что, если ты готовишься к лекции, тебе надо все это просто и понятно объяснить, так, чтобы это смогли понять и применить. Плюс, когда ты, собственно говоря, этим делишься и рассказываешь, ты, может быть, для себя, для своих дел еще где-то что-то понимаешь. Потому что, когда ты занимаешься непосредственно практическими делами, ты немножко забываешь о теории.

Марина: Вы заговорили о разделе интеллектуальной собственности при разводе. Может быть, вы можете нашим слушателям коротко рассказать, какие есть tips and tricks?

Анастасия: Что основное надо знать? Что, когда вы вступаете в брак, у вас все общее. И общие не только квартира, машина и то, что можно потрогать, но и то, что потрогать нельзя, — интеллектуальная собственность. То есть все права на интеллектуальную собственность, если они приобретаются в период брака, — это все общее. Если же в период брака супруг сам что-то создает, то это уже его. Если он что-то создал, он имеет право этим распоряжаться как хочет. И возникает вопрос: поскольку права — вещь, которую нельзя потрогать и поделить в буквальном смысле слова, то что с ними делать?

Например, супруг — индивидуальный предприниматель. Он в период брака регистрирует товарный знак, и все семейные деньги вкладываются в раскрутку, в бренды, пятое-десятое. Но вдруг наступает такой момент, когда супруги разводятся, и что делать? ИП-шник считает: «Ну, на мне же товарный знак, все, я с ним ухожу, поделить-попилить его нельзя». Но поскольку туда и денег было вложено — он уже сколько-то стоит, то есть на товарный знак есть право, и это право можно оценить. Как раз это входит в совместную собственность супругов. Это не означает, что товарный знак можно поделить, это означает, что стоимость права на товарный знак должна быть учтена при формировании всего блока имущества, которое может быть поделено и должно быть учтено. То есть, условно говоря, супругу останутся права на интеллектуальную собственность, а супруге, например, достанется квартира. Об этом я могу говорить вечно: как делить имущество, что с этим делать.

Марина: Вы двенадцать лет проработали в коллегии адвокатов «Барщевский и партнеры» и построили карьеру от стажера до управляющего партнера, а после ухода открыли свою юридическую фирму. Как вы поняли, что настал тот самый момент, когда пора уходить в свое плавание?

Анастасия: Наверное, это не случилось прямо так в одночасье. Во мне всегда сидит, не знаю, как это назвать, «чертик», который повторяет: «А что дальше, что мы дальше будем делать?». Решение окончательно уйти сформировалось, когда я поняла, что дальше там уже ничего. Может быть, это связано с тем, что у нас с партнерами и с человеком, который основал эту фирму, большая разница в возрасте. Это неизбежно влияет на мировоззрение, понимание, что надо делать, какими делами заниматься. В период пандемии мне это особенно стало понятно. Почему? Потому что так сложилось (и так часто бывает в коллегиях), что в одной фирме есть «фирмочки». Когда вокруг партнера — а я была партнером — собираются его команды и ведут дела. Получается, что в этой фирме было несколько таких «фирмочек». Мне стало понятно: смысла в том, чтобы быть «фирмочкой» в фирме, больше нет. Я никому не наврежу, если уйду. Но я буду дальше развиваться и заниматься своим делом. Как раз пандемия дала возможность понять, что мы не привязаны к офисам. Мы вообще не привязаны к тому, чтобы вот так держаться в одном месте. И мне просто стало понятно: вот он — прямо сейчас — момент.

Марина: Сейчас звучит так, как будто ваш переход в открытие своей компании проходил довольно легко. Как на самом деле он проходил, были ли какие-то lessons learned?

Анастасия: Эмоционально точно было нелегко, потому что все-таки двенадцать лет там проработала. А что касается lessons learned: когда я училась в бизнес-школе СКОЛКОВО, у меня случился инсайт. Для меня было откровением, что вещи, котрые мне кажутся очевидным, другим людям могут казаться совсем не такими. Вернее, не может, а абсолютно точно не кажутся. Вроде бы простая вещь, но она столько поменяла у меня в голове. Потому что, когда я работала в коллегии, то есть занималась не только адвокатской деятельностью, но и управленческой, мне это было непонятно. Например: если есть решение, что надо всем ввести биллинг, то это же надо! Это же понятно, почему надо. И мне было непонятно, почему не все это делают. Просто не все, наверное, думают так, как я, и это нормально. Поэтому, если говорить о lessons learned, то мне нужно было — и будет сейчас и впредь — сверять ожидания с членами команды, с партнерами. Потому что я живу и думаю, что мы сейчас будем делать вот это и пойдем туда, а оказывается, что это вообще, может быть, никому не надо. Оказывается, людям нормально оставаться здесь: все же сейчас хорошо, куда тебя все время тянет?

Было очень сложно морально. Я думала: «Допустим, я уйду, не умру же я с голоду». Подсчитала запасы, поняла, что с голоду точно не помру и не помру достаточное количество времени. Так что все, этот страх мы отметаем. Поэтому из уроков, которые стоит извлечь, — надо обязательно сверять ожидания с членами своей команды, своими партнерами и переживать свои страхи, продумывать, что самое плохое тебе видится, как ты из этого выйдешь. Еще важно: если ты ведешь деятельность или бизнес вместе с кем-то, нужно, чтобы у вас совпадали ценности. И это, наверное, тем вероятнее, чем вы ближе по духу.

Марина: Карантин и пандемия как-то повлияли на вашу работу? Какие-то услуги стали более востребованными?

Анастасия: В начале карантина и за первые несколько месяцев у меня возрос спрос на брачные договоры. Да, серьезно. Поскольку одна из моих специализаций — это все-таки раздел имущества супругов, то я ощутила спрос на эту услугу. Во-первых, люди действительно хотели по каким-то причинам разойтись, а пока что у нас в понимании брачный договор — это предшественник развода, хотя это не так. Брачный договор, об этом я тоже могу говорить вечно, — это полезный инструмент, и важно им пользоваться.

Второй момент — супруг хотел защитить вторую половину: так распределить активы, чтобы, если приходят кредиторы, они забирали бы вот это, а не начинали покушаться на все остальное имущество. То есть, это не был уход от кредиторов, это было такое распределение активов: если одни виды активов пострадают, то другие точно останутся нетронутыми, останутся у супруги. Не знаю, с пандемией это связано или нет, но такая активность в бизнесе — что-то начать, куда-то вложить, что-то сделать, собрать инвестиции — это то, что я сейчас замечаю. В принципе, просто стало понятно, что вообще необязательно работать в офисе. Достаточно, чтобы у тебя был компьютер, интернет и настрой на удаленку; то есть очень важным человеком оказался сисадмин.

Марина: Вы прибавили ему зарплату?

Анастасия: Этого я сейчас рассказывать не могу, но уверена, что сисадмину, с которым мы работаем, все нравится. Если вдруг ему что-то не нравится, я рассчитываю, что он мне об этом скажет. Это как раз про сверку ожиданий: надо чаще проводить интервью с членами своей команды, чтобы понимать, где какой-то звоночек будет, а не думать об этом, когда уже поздно и сделать ничего нельзя.

Марина: Вы сейчас начали говорить как раз о предпринимательстве, о том, что многие люди стали пытаться открывать свои дела. Вы как юрист работаете в том числе со стартапами и состоите в клубе венчурных инвесторов. Почему вам это интересно?

Анастасия: Я понимаю, что сейчас конъюнктура рынка вообще не та, поскольку года, наверное, с 2014 стабильно растет число банкротств, и сейчас абсолютно все фирмы занимаются любыми делами, в том числе и банкротствами. Когда я работала в коллегии, я тоже вела эти дела. И мне так хотелось не закрывать предприятия, не «хоронить» бизнес, а помогать ему «рождаться». Поэтому мне искренне нравится или консультировать кого-то, или помогать начинающим бизнесам, фирмам, которые решают открыть новое направление, чтобы оно начало жить, что-то делать, творить. И мне очень хочется быть к такому виду деятельности причастной. Потому что это круто, когда с твоей помощью или благодаря твоим советам у кого-то что-то получается. Сейчас это, конечно, не так востребовано, как банкротить. Но я надеюсь, что когда-нибудь это у нас изменится. Меня очень вдохновляют наши ребята-предприниматели, которые что-то придумывают, у них есть схемы, планы, они что-то делают, и мне хочется этому помогать. И я, к сожалению, часто вижу, что у таких ребят юристы точно где-то на последнем месте. Мне, конечно, хочется это исправить.

Марина: Как вы заметили, не все стартаперы в начале своего предпринимательского пути понимают, что им нужен юрист. Может быть, мы попробуем на примере выдуманного стартапа рассказать, в какой момент и зачем вообще нанимать юриста. Допустим, у меня агротех-стартап по выращиванию бананов в московской квартире. Когда мне нужно к вам обратиться?

Анастасия: Во-первых, чтобы что-то выращивать или что-то начинать, вам надо выбрать, в какой форме это делать. На этом этапе уже нужно понять, чем одна форма будет отличаться от другой по последствиям. Как можно у нас делать бизнес в стране? Либо ты индивидуальный предприниматель, либо открываешь юрлицо, либо ООО-шку, либо АО-шку. Немногие понимают разницу, многие думают, что АО — это что-то сложное, дорогое, ну ее на фиг. Это не совсем так, но ООО, действительно, проще. Короче говоря, на первом этапе вам хотя бы надо выбрать форму, как вы будете действовать: как ИП или через юрлицо — а это большая разница. Потому что, помимо того, что ИП отвечает всем своим имуществом, а ООО-шка только в пределах уставного капитала, так еще и вопрос: а знаете ли вы, собственно говоря, что если вы ИП, то все ваше имущество — это совместно нажитое, а ваши долги, которые вы возьмете на выращивание своих бананов, — они ваши личные? Здесь неплохо было бы проконсультироваться, перед тем, как начать стартап и выбрать форму, неплохо было бы узнать, какая форма чем по последствиям вам может грозить, если вдруг настанет развод, жена или супруг поделит вашу агрофирму и заберет оборудование, условно говоря, или что у вас там будет. А долги за него будут ваши личные. Это не означает, что нельзя через ИП. Можно, но, например, можно использовать инструмент брачного договора.

Я заметила: когда я консультирую ребят или венчурные клубы, или бизнес-ангелов или стартапы, в вопросах привлечения как раз инвестиций или их уставных документов, корпоративных договоров, многое связано с моей первоначальной, так скажем, сферой деятельности — брачно-семейными отношениями. У всех, так или иначе, есть жены и потенциальные наследники. И это в любом случае коснется бизнеса. Об этом стоит подумать пораньше. Так вот, когда понадобится юрист? Во-первых, с выбором формы. Дальше, если вы выбираете юрлицо, то вам нужно определить, особенно если вы будете действовать с партнером, ваши взаимоотношения. Они определяются либо как минимум в уставе, либо в корпоративном договоре.

У меня недавно была одна встреча. Кстати, со сколковскими товарищами. Было человек, наверное, пятьдесят, в основном предприниматели. И я задала вопрос: «А как много из вас видели устав своей фирмы?». Вверх поднялось три руки. Понимаете? Следующий вопрос был, кто из этих трех смотрел, что было написано, кто что-то понял. Устав, между прочим, — важный документ, как раз в нем написано, что будет «если», а никто об этом не думает. Когда я обсуждаю условия этих сделок, я часто задаю вопрос: «А что, если?». У меня все вопросы такие: «Так, что если кто-то умрет; что если кто-то поссориться; что если...». Многим это в голову не приходит, все же хотят развиваться, делать бизнес, всем надо идти вперед.

Марина: Думать о хорошем.

Анастасия: Да. Как раз юрист нужен для того, чтобы заранее рассмотреть ситуации «а что, если», и пусть они не случатся. Поэтому второй этап, где нужен юрист, — это как раз там, где надо согласовать условия вашего устава. Дальше нужен юрист, если вы захотите вдруг привлекать инвестиции: каким образом это делать, как составить договор, ваш корпоративный договор, в котором тоже сторонами могут быть инвесторы.

Дальше, если это предприниматели-стартаперы, как правило, дела связаны с интеллектуальной собственностью. Мало просто посадить какого-то Васю в каком-то регионе страны, чтобы он писал код или еще что-то. Надо еще понять, какие у тебя будут права на то, что накодирует этот Вася. Здесь тоже было бы неплохо проконсультироваться и сделать так, чтобы все-таки то, что он там написал, принадлежало тебе, а не Васе. И чтобы этот Вася не смог это кому-то еще передать.

Я не то чтобы «всяк кулик свое болото хвалит», но, кажется, юрист нужен везде, потому что дороже потом без юриста. Легче все-таки оплачивать консультирование и поддержку, чем потом уже вкладывать деньги в войну, если что-то случится. Поэтому, на мой взгляд, юрист нужен везде. Другой вопрос в том, что совсем необязательно его держать в штате. Ты можешь обращаться за консультированием. Например, у нас есть достаточно удобная, нужная и популярная услуга — абонентское обслуживание. Но у нас, к сожалению, такой культуры нет. Еще я заметила, что у многих предпринимателей, у которых уже вроде бы отлично идет бизнес, во-первых, может не быть юриста, а во-вторых, они скорее купят курсы по маркетингу, по продажам, чем обратятся за юридической консультацией, чтобы просто провести юридический аудит того, что у них есть.

Марина: Говоря об абонентском обслуживании у юриста: вы в марте прошлого года писали у себя в Фейсбуке, что к вам стали чаще обращаться, когда что-то плохое уже произошло, когда свершилось несправедливость. И говорили, что этого можно было избежать, если бы у семьи был семейный юрист. Но такой практики в России нет для широких слоев. Вопрос: как семье понять, что ей такой человек нужен? Как происходит взаимодействие между членами семьи и юристом, какова цена вопроса?

Анастасия: В принципе, если эта семья, у которой есть бизнес, особенно если это свой бизнес, в котором участвуют члены семьи, планируется что-то передать по наследству, то обязательно должен быть советник. Юриста можно назвать по-разному: юрист или советник. Который был бы в курсе ваших дел, к которому можно было бы обращаться. Это не то чтобы тенденция пандемии, а в принципе такая тенденция времени.

Я заметила тоже, что стали обращаться с вопросами, например, подготовки завещаний. Когда ты говоришь о завещании, тебе кажется, что смерть — это то, что меня не коснется, мне еще не восемьдесят лет, это не про меня. Но завещание — это не про смерть, завещание — это про ответственный подход к тому, что после тебя останется, кому это достанется. А еще, если ты занимаешься бизнесом, то это про ответственный подход к тому, что будет с твоим делом после того, как ты вдруг, не дай бог, уйдешь. И как бы это странно или цинично ни звучало, это здорово, когда ты думаешь о завещании, пока ты еще вменяем и у тебя все в порядке. Это говорит о том, что ты ответственно подходишь к своим детям.

Сейчас есть тенденция в современном мире, когда мы несколько раз вступаем в брак в течении жизни, и это нормально, то есть мы можем быть в браке, а дети у нас от первого брака, от второго и так далее. И когда случается момент икс, все ссорятся, то есть все супруги, все дети, все начинают грызться из-за имущества. И это нормально — в течении жизни об этом подумать, чтобы такого не было. Опять же, если у вас есть свой советник, юрист, скорее всего, вы это сделаете. А что касается цены — нельзя так определить, это же не магазин. Цена на услуги адвоката или юриста всегда зависит, во-первых, от его квалификации, от опыта, от времени. То есть, чтобы определить цену за свои услуги, я должна понять, сколько я буду должна затратить ресурсов по времени, и, исходя из этого, уже оценить и предложить.

Марина: И тогда вопрос: как же выбрать своего юриста и как понять, что он хорош?

Анастасия: Во-первых, юристу ты должен доверять. Наверное, просто так в интернете найти его вряд ли получится, все-таки к юристам, ко мне, к коллегам моим, приходят по рекомендации, сарафанное радио никто не отменял. Но в чем сейчас большой плюс — в интернете же все открыто. Если тебе кого-то рекомендовали, ты можешь посмотреть информацию, провести проверку. Поэтому юриста надо выбирать путем каких-то пробных обращений: если вдруг ты к кому-то обратишься, это еще не означает, что это обязательно должно быть на всю жизнь. В принципе, если мы говорим, например, о постоянном обслуживании, или о семейном адвокате, или об абонентском обслуживании фирмы, то идеальный показатель того, что юрист работает великолепно — это если у вас нет судов. Как говорил Барщевский, здесь я его процитирую: «Если вы перестанете понимать, за что вы платите своему юристу, юрист работает хорошо».

Марина: Я предлагаю вернуться немножко к Школе. Расскажите, почему выбрали СКОЛКОВО и почему пошли на СКОЛКОВО MBA?

Анастасия: Наверное, это внутренний «червячок» («А что дальше, а что мы будем делать, куда идти?»). Мне в какой-то момент стало скучно, что ли. Мне хотелось, с одной стороны, новых знаний, потому что я уже стала не просто адвокатом, а партнером. У многих есть этот синдром самозванца и отличницы, когда кажется, что какая-то должность немножко выше тебя, что «ой, а вдруг ты там что-то не знаешь, как же, как же, как же». То есть я хотела и получить знаний, и просто увидеть что-то новое. Я что-то искала в интернете, и у меня выскочила контекстная реклама в Фейсбуке — День открытых дверей в СКОЛКОВО. Я пришла, как раз Максим Фельдман только вернулся с Камчатки с какой-то группой, так красочно все рассказывал, и я подумала: «Я тоже хочу сюда». Вот так и оказалась в СКОЛКОВО.

Марина: Что больше всего запомнилось в учебе?

Анастасия: Одногруппники, с которыми мы сейчас общаемся. То, что у нас, оказывается, в стране столько разных бизнесов, столько ребят, которые что-то делают, начинают, и у них получается. Благодаря Школе я это все увидела, и Школа вообще крута в том, что она собирает таких людей. Это атмосфера. Конечно, еще супер, что преподаватели иностранные, они говорят интересные вещи. Например, когда у нас был первый модуль с Бенуа по предпринимательству, для меня это было каким-то инсайтом. То есть, я юрист, я всегда стою на защите интересов, в том числе акционеров: не надо давать больше долей, чем больше у тебя доля останется, тем лучше, надо сохранить этот корпоративный контроль, мы ничего не отдадим, мы стоим на страже. А тут, когда он нам рассказывал как раз про стартапы, про привлечение инвестиций, про то, что не надо бояться отдать, главное — получить деньги и развиваться, я подумала: «Как так?». И у меня какие-то сдвиги случались в понимании. У меня было одно мироощущение, а тут мне рассказывают, что оно может быть другим. Это было круто. И с каждых модулей есть такие инсайты, которые вроде бы очень простые, но если о них подумать серьезно, то они у тебя тоже могут много чего поменять.

Марина: У меня для вас есть бонус-вопрос. Вы работаете как адвокат, вы преподаете, проводите мастер-классы, пишете книги. Как вы находите тот самый work-life balance?

Анастасия: А я еще не знаю, как проверить, нашла ли я. Надо находить время для расслабления, и я его нахожу с моей второй половиной. Это могут быть совершенно разные мероприятия: от вечерних просмотров сериалов, обсуждений, дискуссий до небольших выездов в ближайшее Подмосковье на пару деньков. Все очень просто, ничего уникального я пока не придумала, если увижу — обязательно расскажу. А вообще, мне кажется, что суть в простых вещах.

Марина: На этой прекрасной фразе мы можем закончить. Спасибо вам большое, что приняли приглашение, приехали и записали этот отличный подкаст.

Анастасия: Спасибо вам большое! Надеюсь будет интересно, с удовольствием послушаю все ваши записанные подкасты. Сейчас я уже услышала, что там есть мои одногруппники, поэтому послушаю обязательно.

(0)

Читайте также

Мы используем файлы cookies для улучшения работы сайта Московской школы управления СКОЛКОВО и большего удобства его использования. Продолжая пользоваться сайтом, вы подтверждаете, что были проинформированы об использовании файлов cookies сайтом и согласны с нашими условиями обработки и хранения персональных данных. Вы можете отключить файлы cookies в настройках Вашего браузера или отказаться от пользования сайтом при несогласии с условиями сбора и использования cookies. Для чего нужны файлы cookies: для корректной работы регистрационных форм и отображения информации на сайте.